Что наша жизнь? Книга-Игра.

 
Путник

А вам не страшно?

Город. Бесконечный город под распахнутым черным небом – дорога в бездну.
Сухое переплетение кирпича и камня – смертельная ловушка, в которой бьешься годами. Улицы залиты адским светом рыжих фонарей. Этот город – порождение больного воображения, раковая опухоль на теле планеты. Это ночное небо – врата в пустоту. Отсюда не сбежать, сколько не беги. Отсюда не уйти, сколько не иди. Ледяные цепи безмолвного ужаса крепко держат души среди мертвых тел – в моргах, на улицах и площадях, в домах и подъездах. В свете этих проклятых фонарей кажется, что все люди в городе умерли, а по улицам ходят лишь их безглазые тени. Здесь умирали и продолжают умирать, все города давно следовало бы переименовать в кладбища.

.
.
.

Полночь.
Скелеты деревьев тянут скрюченные пальцы к одинокой бегущей фигуре. Ты не знаешь, что спастись невозможно, или не хочешь знать. Ты не хочешь быть частью кошмара, хотя давно стал его жертвой. Ты – осколок света и тебе давно пора погаснуть. Ты пытаешься держать себя в руках. Ты пытаешься унять рвущее грудь дыхание и идти шагом, что бы не показать как тебе страшно. Ты думаешь, что у тебя получается, хотя на самом деле ты мчишься едва ли не быстрее ветра. Улицы пусты. Ветер несет навстречу последние листья и обрывки бумаги. Ты сворачиваешь в подворотню, в кромешную тьму, кажущуюся уютной и спасительной, словно утроба матери. И ты слышишь чьи-то шаги. Чьи-то тяжелые, страшные шаги за спиной. Ты боишься, хотя бояться, в общем, нечего. Ключ чиркает по металлу, никак не желая попадать в неуловимую замочную скважину. Ладони потеют, руки трясутся и от этого попасть ключом в замок становится еще труднее. Шаги уже рядом. Бум. Бум. Бум. Они как предвестники вечного ужаса отсчитывают последние секунды. Ты пытаешься отогнать глупые мысли, но ничего не получается. Бум. Бум. Бум. Ты обречен. Бум. Бум. Бум. Я пришел за тобой. Ты готов умереть?

.
.
.

И сердце судорожно бьется в горле, пытаясь вырваться на свободу. Наконец, ключ попадает в чертову скважину, замок щелкает, ты пулей залетаешь внутрь и захлопываешь дверь, оказываясь в спасительной тишине подъезда. Вот и все. Ты спасен. И стоило так бояться? Это все глупые детские страхи.

.
.
.

Буммм. Буммм. Буммм. Мерные удары в дверь. Тот, кто находится по другую сторону, стучит в нее. Он знает, что ты стоишь, прижавшись к двери спиной, и мысленно успокаиваешь себя. Он знает, что ты боишься его, так же, как ты знаешь, что он пришел за тобой. И сердце вновь бешено забилось, набирая оставленные обороты.

.
.
.

- К-кто там? – спрашиваешь ты. Голос дрожит и больше похож на сдавленный стон. Ты мысленно ругаешь себя, ведь не готов еще признаться себе, что ты обречен.

.
.
.

Тот, кто за дверью, не отвечает. Ты слышишь скрежет металла. Он пытается открыть замок! Секундное ощущение безопасности исчезает без следа. Спасайся! Беги! Ты вихрем взлетаешь по лестнице к своей двери. Щелчок замка. Дверь внизу открылась. И ты слышишь эти шаги. Бум. Бум. Бум. Он поднимается по лестнице. Руки дрожат, словно в припадке. Ключ выскальзывает из мокрых пальцев и громко стукает о плитку пола. Ты нагибаешься, что бы поднять его, но снова роняешь. Со второй попытки тебе удается схватить ключ и сунуть его в замок. Бум. Бум. Бум. Он за твоей спиной. Вас разделяет только один лестничный пролет.

.
.
.

Не в силах более сдерживать ужас, ты оборачиваешься… и видишь старика-соседа с пятого этажа. Он стоит, опираясь на трость, и отдыхает после трудного подъема по лестнице, который в его годы дается ох как не легко. Старика слегка качает – видать, он еще и пропустил пару рюмочек. Чувство неземной легкости переполняет тебя. Твоей радости нет предела.

.
.
.

- Здрасте, деда Гена! Ну, вы меня и напугали!

- Здорово… Че двери то закрываешь перед соседом?

- Да не заметил вас.

Дед что-то невнятно бормочет в ответ.

.
.
.

Окончательно успокоившись, ты открываешь дверь. Тебе удалось сбежать от ужаса ночи. Ты счастлив и весел, как ребенок, хотя ничего не знаешь о старике, который стоит у тебя за спиной. Ты не знаешь, кто он и как прожил свою жизнь. Ты не знаешь о нем ничего, кроме имени и номера его квартиры, но тебе хватает этого, что бы доверять ему. Ты забыл, что доверять нельзя никому. Ты не знаешь, что в его тросточке скрыто полуметровое лезвие и зачем оно ему. Ты не узнаешь этого никогда, потому, что вечный ужас настиг тебя…

Сказали спасибо(1): Ajenta


Последний раз редактировалось: Константинъ Шепелинъ (Ср Сен 18, 2013 13:02), всего редактировалось 1 раз
Меценат

Очень круто написано.
Очень... Smile


_________________
Ситуация воспринятая, как "Реальная" - становится реальной по своим Последствиям
Герой легенд

Прочитала. Перечитала. Отдельные куски еще раз перечитала. Вот вроде очень неплохо... Но мне почему-то не нравится. Не в настроение, может?

Сказали спасибо(1): Константинъ Шепелинъ
Меценат

GalinaSol

Я могу предположить ЧТо именно вам не понравилось.
Поскольку меня тоже кое-что "кольнуло" внутри при чтении.

У текста есть невидимый авторский психологический смысловой подтекст. Скорее всего автор это и сам до конца не осознавал, когда писал.
В этом подтексте заложено неприятное "липкое" эмоциональное состояние. Переданный текстом страх героя имеет недостойную псхихологическию основу, которая кроется в самой личности героя и автора.
Проще говоря – По настоящему Хороший Человек в принципе не может ТАК ощущать страх. Так может ощущать страх только трусливый по природе человек, который цепляется всеми фибрами своей души за эту бренную Жизнь. И готов ради сохранения своей биологической Жизни – на все!
Немного становится противно за этого "героя". Недостойно как-то так себя вести и так эмоционально трусливо и панически реагировать на даже смертельно опасные ситуации.

Сказали спасибо(2): Константинъ Шепелинъ, GalinaSol

_________________
Ситуация воспринятая, как "Реальная" - становится реальной по своим Последствиям
Знаменитый приключенец

Несмотря на некоторые заезженные аллегории, оченно пробрало Smile

Концовка только смятая. Не совсем понятно какой ужас его настиг или же его настигла смерть. Я вообще ждала ужас в квартире. Smile Ну и да, вам бы книгры ужасов писать Smile Было бы здорово.

Сказали спасибо(1): Константинъ Шепелинъ

_________________
"Никогда не думай, что ты иной, чем мог бы не быть иначе, чем будучи иным в тех случаях, когда иначе нельзя не быть." (Кэрролл)
Меценат

Константинъ Шепелинъ

Это конечно не мое дело...

Но я бы постарался бы направить ваш писательский талант в русло не НЕГАТИВА в описании человеческой природы (ужасы и пр.), а в сторону поиска ПОЗИТИВА.

Всякой "грязи", ужастиков и насилия и так предостаточно льют нам на голову из всех информационных каналов. Идет тотальная и глобальная невидимая информационная и когнитивная война против всего "человеческого" в нас.
Кто это делает и зачем – это уже другой вопрос.

Написать книгу-игру скажем от лица сексуального маньяка и живодера – не сложно.
А вот что-то обнадеживающее и светло-созидательное – фиг получится! Разучились... Sad

Сказали спасибо(2): Смелый Хвост, Константинъ Шепелинъ

_________________
Ситуация воспринятая, как "Реальная" - становится реальной по своим Последствиям
Путник

Иван да Марья

- Погляди-ка, ЛВ, экая хренотень вымахала! И всего-то навсего за один день!

МК-23, прихрамывая на своём щелкающем пневматическом костыле, выбрался на задний двор ангара. Двор был завален грудами мусора, в них вяло мерцали осколки чего-то блестящего, а по краям двора на титановых растяжках сушились туши выпотрошенных мутантов. Сразу за кучами ржавеющего хлама, символически отделяющими узкий пятачок земли от всего окружающего мира, простиралась токсичная топь.

И там, в сгустившихся предвечерних сумерках, покачивался во всем своем великолепии двадцатиметровый цветок-акселерат. Гигантские разлапистые листья, непривычно-зеленые, начинались от корня и шли примерно до середины вьющегося причудливыми узорами стебля. А верхушка распускалась бесконечным соцветием желтых и фиолетовых лепестков, разбросанных так, что яростная желтизна постоянно прикрывала собой благородный фиолет. Нежные и сочные, они простиралсь во всем своем великолепии, в безумном буйстве красок и слегка покачивались, благоухая, под порывами легкого знойного ветра. В воздухе разливался терпкий горьковатый аромат, источаемый сочащимися венчиками.

ЛВ-15 неспешно вышел из дверей ангара следом за своим хромым сожителем и недовольно потянул носом воздух.

- Этакая вонь! И это тебе, МыКола, не хухры-мухры! Чистый сальвинорин ринантин! При достаточной концентрации эта штука и сибирского таракарантула завалить может. А ты сам знаешь, сердешный, насколько эти твари к токсинам устойчивы. Яд! И при том смертельный! А, ко всему прочему, только эта зараза способна генерить его в энтаких прям промышленных масштабах. Выжигать надо эту сволочь к чертям собачьим, пока всю округу не потравила!

- Да ладно, ЛёВа, так уж тебе сразу и спалить! – шепнул МК. – Ты лучше глянь – красота то какая!

Цветок, тем временем, ни на секунду не замирая, покачивался в воздушных потоках из стороны в сторону. То и дело раскланиваясь, он демонстрировал свои пестрые насыщенные соцветия так и эдак, будто красуясь перед наблюдателями. Широкие лепестки реяли на ветру праздничными флагами. Облака пыльцы, окружавшие тычинки, обладали какой-то причудливой способностью преломлять свет и, казалось, будто они светятся собственным сиянием в подступающих сумерках, образуя вокруг соцветий мистический ореол.
Так что при всей своей смертельной опасности, растение действительно являло собой потрясающее зрелище.

- Лепота-а-а-а... – согласился ЛВ-15, любуясь. – Редкие они, шельмы. Даже жалко. Совсем мало их стало. И каким тока ветром его сюда надуло? А раньше то, раньше... Глаголют, спасу от них не было! Еле выводить успевали. Эх... А ты знаешь, МыКола, как эту диковину в народе кличут?

- И как же?

- Иван-да-Марья. Вона как! Любит русский человек всяким причудам заковыристые имена давать и всяческие небылицы про них выдумывать.

- Да-а-а... И про эту оказию тоже какая-нибудь небылица есть?

– А это как же! – важно ответствовал ЛВ-15. Он вообще любил потравить разного рода байки и про всё на свете знал кучу интересных вещей. Благо, расширенный объём микрочипов, вживленных при рождении ему, как экспериментальному образцу, позволял забивать базы не только жизненно важными данными, но и всякой хренью. – Бают, что Иван да Марья – это имёна, принадлежащие мужчине и женщине, нашим далеким предкам. Была в своё время между ними большая, но преступная любовь...

- Имёна? – фыркнул МК-23. – Ну ты загнул, ЛёВа! А я то думал так, финтиклюшки какие... Да разве ж могут у нормальных великороссов такие имена быть? Как же они тогда по батюшке величались? Как разумели, кто какими генетическими модификациями был специализирован, подвид свой с родом как разумели? Прозвища какие-то, а не имёна! Ты ничего не путаешь?

- Говорю тебе, – яростно притопнул копытом ЛВ-15, – имёна у них такие были чудные, никакие это не прозвища! В те стародавние времена ещё и не такие оказии бывали. Впрочем, это ты еще сам убедишься. Так вот, слухай. Марья была боевой амазонкой класса «А», то бишь из диверсионной разведки и принадлежала к славному роду полян. Помнишь? Это которые с волосами были огненно-рыжими, что твои подмышки, и на спине у них такие костяные наросты были – не то крылья, не то гребень.

- И у них еще глаза были такие зеленые! И губы краснющие! А на руках когти огроменные! Ну кто ж полян не знает! Они ж и Киев по новой отстроили, и всю Волжскую Долину тогда в своих клешнях держали!

- Точно! Так вот. Случилось это во времена Великой Междуусобицы Родов, в самом начале Генетического Века. Сильно тогда поляне закусились с родом древлян. Ты, наверное, и не слышал про таких? Они всё больше на болотах отсиживались и были далеко не так многочисленны, как поляне. Вообщем, один из малых Родов, сгинувший безвестно в жерновах той суровой эпохи. Росту они были небольшого, волосы такие иссиня-черные. Сами бледные, аки покойники, но вумные, мать их! А в качестве генетически модифицированного контента у них был хвост. Полезная, кстати, штука – не то, что эти гребешки у полян или там рога у корелов. Функциональная.

А распри с владетелями всея Волжской Долины у них пошли на почве политического конфликта. Толи древляне там у них какого-то князька хлопнули, то ли поляне сами не ласково с древлянскими послами обошлись, а может и всё разом... Щас уже не разберешь. Да только мясорубка тогда завертелась не на шутку. Крепко хотелось полянам древлян с их родных болот выселить. И вот заслали они спецотряд в древлянскую Цитадель. А у болотников тогда по периметру всех топей этих Цитаделей было то понапихано! Одни просто так – как сторожевые бастионы, а в иных и стратегически важные данные хранились. Вот в такую стратегически важную Цитадель и направили на штурм спецотряд полянских десантников, в который входила и Марья. Что-то там шибко важное хранилось, вроде схемы расположения всех древлянских бункеров или еще чего подобное.
А перед этим Цитадель эту раз пять или шеть уже штурмовать пытались. И никто из полян с тех штурмов не вернулся. Будто заговоренная эта башенка посреди болот стояла.

И высаживаются, значит, спецотрядовцы, как положено, неподалеку от места назначения. Обстановку изучают. И всё чисто. Тишина по всем частотам. Враг на радарах не замечен, будто и нет до башенки дела некому. Ну, суются они, перво-наперво в вентиляционные шахты. Отыскивают решетки и пытаются осуществить попытку проникновения. А там глушняк. Защитных установок понапихано по самое не балуй. И все умные, падлы, что твой Ёнштейн. Засада в общем. Ну, они попытались разок, пару дырок схлопотали и решили число личного состава без экстренной нужды не сокращать. Себе дороже в этих мышеловках ползать.

Пробуют другие системы жизнеобеспечения. Канализацию там, духарки промышленные – тоже все глухо. Тут уже ребят чисто спортивный интерес взял. Всё равно ведь не припекает. Стали искать более традиционные пути проникновения. Лазы там всякие, ходы, подземные переходы – та же херня. Всё закрыто как на консервацию. Про главный ход никто даже и вспоминать не стал – жизнь она, всё-таки, один раз даётся и терять её за даром никому не охота.

После получасового консилиума, который спецназовцы наскоро устроили в соседней канаве, сошлись на абсолютно безумной, но имеющей некоторый резон версии. Решили прогрызаться через кабельканал проводной связи. Дело в том, что кабельканалы в Цитаделях – это штуки довольно просторные. Человеку там протиснуться реально. По крайней мере местами. Но основной минус в том, что весь этот простор занят многочисленными жилами кабеля самого разного назначения – телефонные линии, езернет, резервное питание первой степени (от внешних источников), сети виртуальной реальности, экстренные каналы связи, линии внешнего мониторинга (на случай перевода башни на полную автономию), мониторинг за внешними источниками данных (радары там всякие, ПВО и прочее – на случай осады). Через всё это дело приходится прогрызаться в прямом смысле этого слова. Плюс сами кабельканалы закатываются нефиговые короба по нескольку сантиметров стали на стенку. Плюс на определенной глубине стратегически важные кабеля заливаются бетоном, а вся мелочь разводится по более мелким каналам шириной с мышиную норку, так что пройти внутрь можно только до определенной глубины.

Но у этого пути есть и свои преимущества. Поскольку кабельканал обычно бывает забит подчистую – особо много в него защитных установок не напихаешь. Да и особо мощного ничего разместить нельзя – кааак полыхнёт потом и сам без связи куковать будешь. Короче говоря, стали они прозванивать грунт. Прозвонили, нашли. Стали искать наиболее мелкую глубину.

Дело в том, что в случае обычного штурма – как стрельба, грохот, все дела – идти по кабель каналу – гиблое дело. Его только вскрывать, сидя на одном месте, несколько часов надо – лучше цели для обстрела не придумать. А тут – когда тишь да гладь кругом – можно было и попытаться.

В общем находят они маленькую глубинку – глядь – а там уже всё раскопано. И короб вскрыт. И кабеля рядышком так аккуратными бухточками лежат. Пытался уже тут кто-то из ихних идти. Пытался – да назад не вернулся. Принюхались – из дыры, вроде, смертью не пахнет. Значит где-то дальше ребята засыпались. Ну – что делать? Поползли по коробу. Там всё в аккурат до самой бетонной стеночки вычищено и дырочка в низ проделана. Забрались, высадились уже внутри Цитадели, глядь – а там трупов братских вагон и маленькая тележка. Всех хитрые системы безопасности положили. Ну, они, значит, вверх пробираются. Какие ловушки хорошо обходят, где ошибки товарищей павших подвох угадать позволяют, а где и кровушку честную проливать пришлось.

Много трупов врагов им на пути повстречалось. Видать, тяжки дела у войска древлянского были, раз они больше никого на защиту такой важной Цитадели выслать не смогли. Покрошили всех защитничков спецназы полянские, да сами супротив хитрых ловушек не устояли. Стало ясно, что не может автомат так хитро безопасность башни обеспечивать. Сидит где-то здесь группа хакеров болотных. Сидит и руководит турелями, да иглострелами, да огнеметами, да кислотными лейками, да дверями ложными, да прочими придумками коварными.

Долго шли они, тяжело. Всех практически подлые системы защиты покрошили. Одна только Марья из всего спецотряда осталась. Раненная, злющая добралась она до серверной, откуда управление за безопасностью шло, вышибла ногой дверь стальную – а там Иван наш сидит, один одинёшенек. Это он и был тем самым хакером древлянским. Исхудавший весь сидит, некормленный. Глаза большущие. Кожа, и без того бледная, и вовсе как мел стала.

Хотела Марья Ивана на клочки разорвать за товарищей убитых – да только глянула в его глаза бесстрашные – и влюбилась без памяти. В миг её ярость боевая схлынула и запылал в душе её с неистовой силой огнь любовный. Да и Иван к Марье равнодушен не оказался. Короче говоря, смиловались они полюбили друг друга крепко прямо на полу в той серверной...

- Хо! Ну вот уж где враки так враки! Эко ты, батько, загнул! – не выдержал МК-23 и откровенно заржал. – Что б полянская амазонка да в древлянского хакера втюрилась?! Вот уж чего быть не может так не может! Они же, как минимум, к разным биологическим видам принадлежат! – Так то-то и оно! – ничуть не смутившись, ответствовал ЛВ-15. – Иван то был тоже из полянских! Поэтому то у них чувство такое и вышло. Это он ей уже опосля признался, когда они в душик сходили да сухпаёк десантный зажевали.

- Подожди! – опешил МыКола. – Как так полянин? А гребень у него тогда где? А когти? А прочие мелочи? И хвост? Его то уж ни с чем не перепутаешь! Я хоть про древлян и не слыхивал, но вряд ли этот их генконтент можно было ошибочно спутать с разросшимся геморроем!

- В этом то всё и дело, – сквозь усы усмехнулся ЛёВа. – Тут такая история произошла. Иван был первоклассным полянским хакером, ас просто. И во время штурма одной полянской Цитадели древляне его взяли. Крепко взяли. Он у них половину десантной центурии чуть ли не в одиночку положил, а эта была жесткая пощечина древлянскому самолюбию. Башенка та, конечно, пала, но Ваня защищал её до последнего. Тока когда его из операторского кресла буквально на штыках подняли – тогда только уступил. Ну и смекнули древляне, что им такой хакер ценнее трёх элитных центурий будет, мочить не стали, а взялись перевоспитать. Подержали пару лет в своих закромах, барбитуратами там всякими, психоделиками покормили – ну и сломали парня. Плюс косметику ему навели, что не смущал своим внешним видом честных древлян да, и вообще, не страдал от моральных комплексов. Гребешок подпилили, когти обстригли, роговицу перекрасили, пигментацию волос да кожи сменили, даже хвост пришили. Вообщем вышел из Ивана заправский древлянин. Да только генную цепочку-матушку то не перекроишь... Вот и признала в нём Марья нутром своего брата по крови. Оттого и полюбила она его любовью беззаветной.

- Эва как, – протянул озадаченно МК, задумчиво оттягивая пальцами нижнюю губу.- Хитро!

- Так оно. Да только всё еще хитрее оказалось. Поляне, если ты не помнишь, уже тогда однополые связи только регламентировали. Только генетика у них тогда еще не настолько вперед шагнула, что бы это всё узаконить. Генетической предрасположенности к гомофилии, как у нас теперь, у них не было. Всё зижделось на традиционном уровне – обычаи там, ритуалы. Но настолько крепко в мозги вбито было – что мама не горюй! По полянским законам возлежание с существом противоположного пола каралось еще более жестоко, чем инцест.

- Ничего себе карусель! – хохотнул МыКола. – А как же они размножались тогда?

- А просто. Технология позволяла. Загоняли в пул клетки супругов, хромосомы подправляли – и вперед. Готов ребёнок... Так что Марья с Иваном осознали всю невозможность существования их преступной любви в этом яростном мире, но от этого чувство их стало только сильнее. Помиловались они еще и придумал Иван такую штучку. Там в Цитадели на техобеспечении был один пул на подобии полянского. Накатал для него Ваня программку какую-ту хитрую, зашли они с Марьей в этот пул в обнимочку – и не видел их никто больше. А на выходе из трубы отработочной разлетелись по всему свету семена этой диковинной заразы, которая у нас тут расцветает. Оттуда и название её пошло.

- Красиво это ты загнул, – промолвил МК-23, любуясь смертельно-опасным цветом растения-акселерата. – Счастливые они люди, эти Иван да Марья...

На западе догорал последними красками закат. Над токсичной топью опускалась ночь, где-то на трясине надрывно взвыл одинокий снорк, почуяв добычу. Дремотный день кончился. Начиналось время яростной борьбы за выживание.

Сказали спасибо(2): Александр Федоров, Anuta